Category: музыка

гленн гульд. избранное. т.2. Критики.

Критики

«Я советую вашим обозревателям быть более осмотрительными и более разумными, — писал некий молодой немецкий композитор главному редактору одного венского музыкального журнала, в котором раскритиковали его сочинения, поскольку многих композиторов молодого поколения, которых, возможно, ждет большое будущее, подобная критика может напугать». Автором письма был Людвиг ван Бетховен, и его слова отражают взгляды многих артистов на враждебно настроенных критиков.
Критик в роли эстетического арбитра, как мне представляется, не наделен никакой подлинной социальной функцией, у него нет никаких обоснованных критериев для своих субъективных суждений, и несмотря на попытки доказать обратное, на самом деле не существует ни одного весомого доказательства, свидетельствующего в его пользу.В зависимости от природы того общества, которому он служит, пожалуй, можно было бы найти аргументы в его защиту лишь в той мере, в какой он является пропагандистом, — если позаимствовать у Жака Эллюля расширительный смысл этого термина.

Было бы проще говорить об этом, определив роль критика иначе — как человека, стоящего на защите потребительских прав слушателя. Конечно, вполне возможно, используя научные методики, выявить остроту интонации у Натана Мильштейна, ритмическую точность пассажей у Алексиса Вайсенберга, частоту появления квартсекстаккордов у Рихарда Штрауса. Однако следует помнить, что сегодня с помощью компьютерных технологий можно путем внедрения элементов не то что неверных, но связанных с исполнительской свободой, смоделировать любую неточность, любую неровность, любую диспропорцию, и что, следовательно, те категоричные выводы, которые делаются критиками относительно игры Мильштейна, Вайсенберга или Рихарда Штрауса, на самом деле не представляют никакой ценности.

В таком случае, вероятно, критик сумел бы переквалифицироваться в простого сборщика данных, предназначенных для выработки объективных суждений, и решился встать на путь искупления грехов перед обществом, в котором как Бетховен сообщил нам почти два века тому назад — он выступал в качестве морально разлагающей и эстетически разрушительной силы.

гленн гульд. избранное. т.1. Музыка в Советском Союзе. part 2.

Музыка в Советском Союзе
Из лекции, прочитанной в Университете Торонто в 1964г. При жизни Гульда не публиковалась.

Мне кажется, Шостакович пострадал не столько от придирок и преследований, не столько от партийных директив (в конце концов, столь изобретательный человек, каким он был, мог бы преодолеть это, укрывшись, так сказать, в «башне из слоновой кости» своего творчества), сколько от чрезвычайно сильного русского комплекса вины. Он безуспешно пытался преодолеть свойственное русской ментальности представление о чувстве долга как инстанции, направляющей талант, и вытекающую отсюда необходимость во что бы то ни стало приспособить свой талант к этому обстоятельству. Возможно, Шостакович создаст еще одно великое произведение, но я сомневаюсь в этом. Подозреваю, что близорукий и страдающий тиком юноша в одном стихийном порыве выразил своей Первой симфонией всю любовь и всю страсть к западной культуре. Когда же эти первые и простые вспышки юности исчерпались, Шостакович оказался парализован непоколебимым ощущением чувства долга и ответственности и превратился в пленника того общества, которое осуждает подобную любовь и восхищение.

Когда несколько лет тому назад я побывал в СССР, мне удалось встретиться в ленинградском Доме композиторов с несколькими многообещающими молодыми композиторами. Естественно, как и в соответствующих ассоциациях на Западе, интриги приводят к тому, что на сцену выдвигаются фигуры, одаренные прежде всего дипломатическими способностями; поэтому я не знаю, в какой степени отобранные композиторы представляли свое поколение. Тем не менее одно обстоятельство меня заинтересовало. Ограничения в технических средствах композиторского языка, навязанные современным советским композиторам, по-видимому, столь велики, что те, кто же лает услышать свои сочинения исполненными публично, должны подчиниться очень строгой регламентации — не столь жесткой, как в 1949 году, когда предписывалось не выходить за рамки рахманиновских стилистических норм, но все равно допускающей, самое большее, обращение к перепевам типичных моделей начала века. Самое радикальное, что могло быть допущено, соответствовало в лучшем случае стилю популярных балетов А. Копленда или ранним сочинениям Б. Бриттена.
Read more...Collapse )

гленн гульд. избранное. т.1. Музыка в Советском Союзе. part 1.

Музыка в Советском Союзе
Из лекции, прочитанной в Университете Торонто в 1964г. При жизни Гульда не публиковалась.

В наши дни почти невозможно, открыв газету или журнал, не обнаружить там какой-нибудь статьи, касающейся кризиса искусства в СССР. Вспомним хотя бы некоторые недавние заголовки: внезапная опала молодого и знаменитого поэта Е. Евтушенко, бродившего прошлой весной по кофейням в Гринвич-виллидж и читавшего свои поэмы толпе американских битников; затем внезапное дезертирство пианиста В. Ашкенази — история, кажется, полюбовно разрешившаяся, но заставляющая вспомнить о просьбе политического убежища, с которой в прошлом году обратился танцовщик Р. Нуреев.

Сюда же относится и состоявшееся несколько месяцев тому назад первое посещение г. Хрущевым выставки абстрактного искусства. При виде картин он реагировал подобно множеству обманутых в своих ожиданиях зрителей — и на Западе, и на Востоке, — заявив, что и корова хвостом намалевала бы лучше. Подобное мнение вряд ли запомнилось оригинальностью своих упреков, если бы вслед за этим советское Министерство культуры не выступило с напоминанием, что абстрактность всегда рассматривалась как враждебная интересам советского народа, что речь идет о декадентской тенденции, характерной для буржуазного общества, и что художники, творящие в этой манере, должны вспомнить о своем долге: быть понятными простым людям, — и отказаться от эзотерического языка, который народ не в состоянии непосредственно воспринять.
Read more...Collapse )

гленн гульд. избранное. т.1. «Гольдберг-вариации».

«Гольдберг-вариации»
Сопроводительный текст к пластинке Columbia ML 5060, 1956 (первая гульдовская запись "Гольдберг-вариаций").

«Гольдберг-вариации» — один из памятников клавирной литературы — были опубликованы в 1742 году, когда Бах носил титул придворного композитора короля Польского и курфюрста Саксонского. Тот факт, что его явное равнодушие к вариационной форме (он написал еще только одно сочинение такого рода — непритязательный цикл в «итальянской манере»") не помешало ему создать конструкцию невиданного ранее масштаба, возбуждает повышенное любопытство к обстоятельствам сочинения. Однако этому любопытству суждено остаться неутоленным, ибо все сведения о Бахе дошли до нас, отразившись в кривом зеркале его романтических биографов, не устоявших перед обаянием легенды, которую трудно опровергнуть, несмотря на всю ее причуд-ливую нелепость. Вкратце, для неосведомленных: история создания «Гольдберг-вариаций» связана с заказом, полученным Бахом от графа Кайзерлинга, русского посла при саксонском дворе, на службе у которого состоял превосходный музыкант Иоганн Готлиб Гольдберг — один из способнейших учеников мастера. Кайзерлинг часто страдал бессонницей и обратился к Баху с просьбой написать для клавира что-нибудь приятно-успокаивающее, чтобы Гольдберг мог играть это для своего господина в качестве снотворного. Если лекарство оказалось эффективным, мы вынуждены сомневаться в адекватности интерпретации этого острого и живого произведения господином Гольдбергом. И хотя мы не питаем никаких иллюзий относительно того, что Баху, как большому мастеру, были безразличны ограничения, накладываемые на его творческие прерогативы, трудно представить, что даже сорок луидоров Кайзерлинга могли бы пробудить его интерес к непривлекательной для него форме.
Read more...Collapse )

гленн гульд. избранное. т.1. "искусство фуги"

«Искусство фуги»
Введение к I тому "ХТК" И.С.Баха. Amsco Music Company, 1972

Бах постоянно писал фуги. Ни одно другое занятие не соответствовало его темпераменту в большей степени, и ничто другое не позволяет с такой точностью оценить развитие его мастерства.

О Бахе всегда судили по его фугам. В последние годы жизни он все еще писал их, но главное направление музыкального авангарда пролегало уже в области мелодизма, и Бах был отвергнут как реликт предшествующей, менее просвещенной, эпохи. Когда в начале XIX века возникло стихийное движение за возвращение Баха, его поборниками оказались преисполненные добрых намерений романтики, которым эти огромные, будто «заледеневшие» хоры из «Страстей по Матфею» или си-минорной Мессы казались чем-то загадочным, может быть даже неисполнимым, но заслуживающим преклонения, прежде всего из-за веры, которая так триумфально звучала в них. Как археологи, раскапывающие древние культурные слои, они поражались своим находкам, но больше всего радовались собственной активности в этих поисках. На слух XIX века такие неопределенные в модуляционном плане хоры вряд ли соответствовали классико-романтическим представлениям о тональной стратегии.

И даже сегодня, когда мы чувствуем, что понимаем внутренний смысл баховских работ и разнообразие его творческих побуждений, мы видим в фуге главный объект всей его музыкальной деятельности. В композиторской технике Баха фуга всегда где-то рядом. Любая фактура, которую он использует, кажется в конечном итоге предназначенной для фуги. Самая скромная танцевальная мелодия и самая торжественная тема хорала будто просят ответа, будто ждут той контрапунктической игры, которая находит в фуге наиболее совершенное воплощение. Каждое звучание, которое он пробует, каждая вокально-инструментальная комбинация сделаны так, что допускают множество ответов и кажутся незаконченными, пока не появляются эти ответы. Чувствуется, что даже в самые спокойные моменты, когда мы находим его рекламирующим кофе (в известной кантате) или набрасывающим арии для Анны Магдалены, потенциальная возможность фуги присутствует рядом, «под поверхностью». И мы можем ощутить почти видимое (или слышимое) неудовольствие, когда он вынужден время от времени подавлять свою страсть к фуге и заниматься примитивным тематическим развитием и согласованием модуляций, чем в первую очередь было озабочено его поколение.
read allCollapse )

Фестиваль Глен Гульд: 50 лет спустя

 
Фестиваль ГЛЕН ГУЛЬД: 50 ЛЕТ СПУСТЯ
в честь 50-летия гастролей Глена Гульда в СССР
и Международного года Глена Гульда
 
 
Посольство Канады
Корпорация развития экспорта Канады (EDC)
Издательский дом «Классика-XXI»
Московская государственная консерватория имени П.И. Чайковского
Центр современной музыки при Московской консерватории
Центральный Дом Художника
9-я Международная ярмарка интеллектуальной литературы NON/FICTION
Кинотеатр 35мм
CoolConnections
 
представляют
 
29 ноября, четверг
 
13:00 - 14:30
Демонстрация фильма Бруно Монсенжона "Глен Гульд: Алхимик" (части 1 и 2)
Перед просмотром - выступление Бруно Монсенжона
 
Киноконцертный зал Центрального Дома Художника
Крымский вал, дом 10, телефон для справок (495) 105-5661, 290-3937
 

Гульд. Бетховен. Концерт № 5 по ТВ

В эфире:
24 ноября 2007 года в 18.00. Телеканал Культура
Исторические концерты. Гленн Гульд (Гленн Гульд играет Бетховена)

Концерт. Запись 1970 года.

Звучит концерт № 5 для фортепиано с оркестром Людвига ван Бетховена.
Исполняет Симфонический оркестр Торонто. Солист Глен Гульд.
Дирижер Карел Анчерл.
  • Current Music
    Николя де Гриньи
kro1

ТВ Культура "Глен Гульд играет Баха"

Цитата с сайта канала Культура
"К 75-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ГЛЕНА ГУЛЬДА. "Глен Гульд играет Баха"
Глен Гульд играет Баха
Телевизионная программа.. Запись 1981 года.
Оригинальное название: Glenn Gold spielte J.S. Bach. Goldberg variationen.
продолжениеCollapse )
umi

Интервью Гульда о Моцарте.

Раз пошла такая пьянка....
Старый мой перевод интервью Гульда о Моцарте.
===================================
Интервью, взятое у Глена Гульда Брюно Монсенжоном в 1979 году.
Да простят мне читатели некоторые вольности в переводе, например, обращение на «ты», хотя я не знаю, пил ли Гульд на брудершафт с Монсенжоном; а также возможные неточности в терминологии. Уточнения и исправления приветствуются! Отдельное спасибо il_cembalista за помощь в переводе сугубо технических моментов :)
Оригинал был взят на одном из моцартовских сайтов, адрес сейчас и не найду, но, думаю, это возможно.

Брюно Монсенжон: Глен, я думаю, что с самого начала я должен получить у тебя подтверждение некоторых твоих публичных высказываний. Ты действительно говорил все эти неслыханные вещи о Моцарте, которые тебе приписывают? Ты действительно презираешь его музыку? И думаешь, что он «заурядный» композитор, который «умер скорее слишком поздно, чем слишком рано»?
Глен Гульд: Ну, эти цитаты может быть подходят для заголовков газет, но безусловно они требуют немного более глубокого подхода. Все, что я «презираю» из произведений Моцарта, относится к позднему периоду – такие вещи, как «Волшебная флейта», соль минорная симфония…Read more...Collapse )